RusNext.ru

Вы здесь

Бурый дом и «Красные муравьи»: Во что коренные африканцы превратили квартиры белых господ

Бурый дом и «Красные муравьи»: Во что коренные африканцы превратили квартиры белых господ | Продолжение проекта «Русская Весна»

Во времена апартеида в Южной Африке преступлением считался практически любой контакт белого человека с чернокожим. Нельзя было не только влюбляться и вступать в брак с черными, но и пользоваться одними и теми же общественными местами. Одним из основополагающих принципов апартеида было разделение мест проживания. В 1950 году в силу вступил Акт о групповых областях. Согласно документу, страну разделили на несколько областей, каждая из которых заселялась отдельной расовой группой. Спустя год было принят указ о борьбе с незаконным занятием помещений, позволявший властям снести трущобы, где жили чернокожие.

Расовую сегрегацию отменили в 1994 году, однако в одном из богатейших городов республики — Йоханнесбурге — об этом указе, кажется, не забыли. Нищие чернокожие заняли дома бывших белых «господ» и превратили их в ад на земле. Как они выживают посреди гор фекалий и мусора — показывает галерея «Ленты.ру».

Двухлетний Маканаке Анджел спит в заброшенном доме в центре Йоханнесбурга

Фото: Bram Janssen / AP

«Фаттис Мэншенс» в 1930-е был одним из самых фешенебельных жилых кварталов в элитном районе Йоханнесбурга. Богатые белые жители уехали отсюда в 1990-е, а пустые квартиры оставили на растерзание нищим и бездомным, приезжающим из сельских районов и мигрантам. На три-четыре сотни человек здесь всего три водопроводных крана, а канализации и электричества нет вообще.

Туалетная комната одного из сквотов в Йоханнесбурге

Фото: Bram Janssen / AP

В заброшенных домах живут несколько десятков тысяч, а по некоторым оценкам — до ста тысяч человек. По словам мэра Хермана Машаба, сквоттеры должны покинуть эти жилища, чтобы освободить место для «городского возрождения». По его замыслу, освободившиеся помещения должны быть отданы девелоперам и снова стать светскими центрами. Городские власти пытаются освободить дома от захватчиков, иногда — с помощью частных охранных предприятий.

Сотрудники ЧОП «Красные муравьи»

Фото: Ashraf Hendricks / GroundUp

Каждую неделю на улицы Йоханнесбурга выходят отряды ЧОП «Красные муравьи». Эти люди не супергерои из комиксов, они очищают городские строения от сквоттеров — тех, кто нелегально селится в заброшенных домах. Два-три раза в неделю конвой машин с несколькими сотнями вооруженных людей выезжает на зачистки.

Сотрудники ЧОП «Красные муравьи»

Фото: Ihsaan Haffejee / GroundUp

«Красные муравьи» постоянно занимают первые полосы местной прессы. Их обвиняют в преступлениях — от краж до убийств, а правозащитников они приводят в бешенство. Однако власти не особенно смущают обвинения в адрес ЧОП. Когда полиция не справляется с выселением мигрантов, бедняков и бомжей из трущоб в центре, на помощь приходят именно «муравьи».

Ребенок на куче мусора у своего дома

Фото: Bram Janssen / AP

Операция, в которой участвует около 600 «муравьев» начинается рано утром, обычно без предупреждения. Полицейские машины заполняют улицы с трущобами, а «муравьи» залетают в помещения как спецназовцы на задании. Сопротивления, как правило, они не встречают. Наркодилеры, бандиты и преступники спешно покидают некогда люксовые апартаменты, оставляя горы мусора, драной мебели, протухшей еды и помоев. Детей выносят на руках, за ними бегут обезумевшие матери. Они-то знали, что однажды это произойдет, а вот для детей, потерявших дом, такой поворот становится полной неожиданностью.

Мигрант из Малави занимается починкой обуви в своем доме в трущобах Йоханнесбурга

Фото: Bram Janssen / AP

Вопреки представлениям о крутых парнях, «муравьи» зачастую сами нищие, бывшие заключенные или такие же сквоттеры, как и те, кого они преследуют. Работают они за 10 долларов в день и еду. «Никому не нравится это делать, — рассказал один из сотрудников британской газете The Guardian. — Я хожу в церковь каждое воскресенье и молюсь за свою душу». Всем «муравьям» жаль сквоттеров, но работа есть работа.

«Если тебе не нравится место, в котором ты находишься, — уезжай, ты ведь не дерево»

Фото: Bram Janssen / AP

В мэрии считают, что в городе захвачено 432 дома. Кампании по зачистке трущоб власти считают возвращением достоинства гражданам. Выселяют людей и по причинам безопасности: в начале 2018 года в одном из домов из-за обрушения стены погибли трое детей.

Свалка на территории сквота

Фото: Bram Janssen / AP

Сквоттеры отнюдь не в восторге от своих жилищ. Они не раз обращались к властям с просьбой расселить их в более безопасные места. По словам адвокатов, мэрия на просьбы не реагирует. Херман Машаба считает, что большинство сквоттеров — приезжие, поэтому их благосостояние — не его ответственность.

Мигрант из Малави курит марихуану на крыше сквота

«Такие высказывания не красят мэра и его команду. Они обвиняют мигрантов в росте ксенофобии, иногда перетекающей в открытое насилие», — считает Стюарт Уилсон, исполнительный директор Южноафриканского Института социально-экономических прав. Организация представляет интересы жителей 20 зданий. По словам Уилсона, 80 процентов жителей сквотов — граждане ЮАР.

Сквот в Йоханнесбурге

Фото: Bram Janssen / AP

По словам журналистов, побывавших в йоханнесбургских сквотах, условия для жизни в них действительно отвратительные. Это признают и сами южноафриканцы. Некоторые из них работают охранниками, горничными, перебиваются случайными заработками или промышляют преступностью. Они надеются на реновацию и на то, что правительство даст им возможность жить в более приемлемых условиях, а не просто выселит в никуда.

«Переезд — один лишь выход»

Фото: Bram Janssen / AP

Проблема упирается в прошлогоднее решение Конституционного суда страны. Согласно этому решению, городские власти не могут выселять сквоттеров, не предоставив им альтернативы, даже если те согласны покинуть свои жилища. 

По информации Стюарта Уилсона, в 2018 году план властей включает в себя предоставление 364 койко-мест в специальных временных лагерях. Однако это лишь мизерная часть того, что необходимо сделать. По мнению правозащитной организации, у государства есть деньги и земля, и оно обязано предоставить гражданам жилье по доступным ценам. По мнению Уилсона, мэрия просто не слишком в этом заинтересована.

Женская уборная в сквоте

Фото: Bram Janssen / AP

«Здесь жизни нет, — делится мать троих детей, которая живет в сквоте вместе с еще двумя сотнями человек уже восемь лет. — Иногда люди буянят, иногда стреляют прямо перед носом моих детей».

Сквоттерские районы Йоханнесбурга

Фото: Bram Janssen / AP

В спецлагерях для изгнанных сквоттеров мест катастрофически не хватает, вернуться им тоже некуда. «Красные муравьи» не только зачищают районы от нежелательных жителей, но и готовят место для новой застройки. Они сносят здания и сжигают все, что осталось от прежних жильцов. 

Бывает, что во время операции кто-то из сотрудников ЧОП погибает. В организации похорон участвует весь отряд, с погибшим прощаются, как с членом семьи. Во время церемонии звучат прощальные залпы из пистолетов, на базе проходят поминки. Спустя несколько дней «муравьи» выходят на новое задание.

Спецлагерь для выселенных из сквотов

Фото: Bram Janssen / AP

«Красные муравьи» вроде бы стоят на стороне правительства, помогая городским властям избавляться от нежелательных элементов. С другой стороны, после очередной зачистки они возвращаются в такие же дома с грязными унитазами, дырявыми отсыревшими матрасами и так же, как выселенные сквоттеры, тщетно ждут помощи от властей.