RusNext.ru

Вы здесь

Взгляд византийского эксперта: о том, как воюют русские, и другие народы

Взгляд византийского эксперта: о том, как воюют русские, и другие народы | Продолжение проекта «Русская Весна»

Одной из значимых с точки зрения прикладной историографии глав византийского труда «Стратегикон», написанного императором Маврикием наставления по стратегии и тактике, оказывается раздел «Об особенном у каждого народа обычае вести войну».

Как понятно из названия, в этой главе Маврикий суммировал достоверно известные из многолетнего опыта стычек и войн познания, изложив их в виде понятных широким массам тезисов. Учитывая преимущественно военную направленность «Стратегикона», основное место уделено чисто военным аспектам взаимодействия Византии с разными народами.

Однако, наряду с военными нюансами есть большое количество информации об общем культурологическом облике народов, с которыми приходилось конфликтовать Византии. Забавно, что многие из присущих отдельным народам черт, отмеченных Маврикием, сохраняются до сих пор. В то же время, некоторые народы сейчас — явно отличаются от своих предков.

Мы публикуем записи Маврикия с некоторыми незначительными сокращениями.

Как надо воевать с персами

Народ персидский трудолюбив, скрытен и склонен к рабству. Все-таки он любит отечество и верен ему. Начальству повинуется со страхом и в войне за свое отечество терпеливо переносит большие труды и лишения. Что надо сделать, старается выполнить сознательно и сообразно с правилами военного искусства. Старается действовать в порядке, а не с безрассудной храбростью и опрометчивостью. В жарких странах легко переносит зной, голод и жажду. Крепок при нападении (осадах), а еще более при обороне.

Имеет особенную способность скрывать свое горе и мужественно переносит несчастье, обыкновенно с веселым видом.

При переговорах далек от того, чтобы просить мира, но даже не желает просить у неприятеля того, что прямо касается его блага и предложенное им принимает поздно. Не храбрее других воинственных народов, но все-таки склонен к войне.

Любят уклоняться от боя не только накануне сражения, в особенности если узнают, что неприятель приготовился и построился к бою, но и после сражения любят биться, в особенности во время жары в теплых странах, так что вследствие одной только жары и проволочки времени у неприятеля проходят смелость и порыв. На нападение решаются не торопясь, а обдумавши и выждав удобного времени, делают несколько атак одну вслед за другой. Продолжительный холод и дожди изнуряют их и кроме того уменьшают силу и крепость луков.

Как следовало бы воевать со скифами, т.е. аварами, а также с турками и подобными им народами

Скифские племена употребляют, так сказать, один строй и боевой порядок; начальников у них много, но они невежи в военном искусстве; одни только турецкие и аварские племена стараются установить более сильные, чем у остальных скифских племен, строи и боевые порядки и в бою действуют сомкнуто. Турецкие племена многочисленны, независимы, чуждаются всяких занятий и искусств и не заботятся ни о чем, кроме того, как бы крепче биться с неприятелем. Аварское племя напротив — трудолюбиво, способно к перемене и очень опытно в военном деле. Оно управляется одним главой, но повинуется ему со страхом, а не с любовью, труды и лишения переносит стойко.

В минуты необходимости переносит жару, холода и прочие невзгоды, хотя ведет пастушеский образ жизни, но любознательно и скрытно.

Одержимо беспримерной алчностью к деньгам. Клятв не держит, договоров не исполняет, его нельзя достаточно обуздать никакими подарками, так как прежде чем получить предлагаемое, уже замышляет обмануть и отказаться от того, на что согласилось. Неприятелей своих старается победить не открытой силой, а при помощи обмана, хитростей и лишения их съестных припасов.

Если часть неприятеля уйдет от преследования и укроется в каком-либо укреплении, то они стараются всеми силами узнать: не имеется ли там у них недостатка в чем-либо — или в фураже или в продовольствии, чтобы заставить неприятеля либо покориться им или согласиться на выгодные для них условия. Сначала предлагают легкие условия, а потом, когда неприятель соглашается на них, изменяют таковые на более тяжелые.

Как следовало бы воевать с рыжеволосыми народами, т.е. франками, лангобардами и т.п.

Рыжеволосые народы очень любят свободу, смелы и неустрашимы в боях, (атакуют) быстро и стремительно; трусость и отступление, хотя бы на малейшее пространство, считаются позором. Смерть презирают. Стремительно кидаются в бой и дерутся как в конном, так и в пешем строю. Если во время боя очутятся в затруднительном положении, то все конные слезают с лошадей и продолжают биться спешившись, а не отказываются от боя, хотя бы пришлось биться с далеко превосходящей их числом конницей. В особенности любят сражаться пешком и делать быстрые набеги.

Строятся они для битвы, будут ли пешие или на конях — не в определенном числе или порядке и, не в меры или мерии, но как придется — по кровному родству или по дружбе, причем часто, если перебьют их друзей, то они, стараясь отомстить за них, бросаются на явную погибель.

Начальникам своим повинуются очень мало, не любознательны, не заботятся об усовершенствовании (образа жизни), также об искусствах и о своем благосостоянии, считая все это неподходящим для себя, а более всего заботятся о конном строе. Их легко подкупить деньгами, так как они корыстолюбивы. Труды и лишения переносят нелегко. Потому что, хотя сильны духом и готовы перенести лишения, однако тела их подвержены болезням, изнежены и неспособны к этому. На них губительно действуют — жары, холода, дожди, недостаток в съестных припасах, особенно в вине, а также уклонение от боя.

Итак: воюя с ними, никогда не следует вступать в открытый бой, особенно вначале, но, строго соблюдая порядок, устраивать засады, действовать вообще против них более хитростью и обманом, медлить и затягивать время, притворно выказывая желание вступить с ними в мирные переговоры, чтобы отвага и свирепость их ослабели или от недостатка съестных припасов, или вследствие изнурения от жары или холода.

Главное место в размышлениях Маврикия занимают славяне. В тексте присутствует ссылка на мнение другого императора, Льва, который сообщает: «Славяно-российский народ в велие множество возрасте, народ крепкий иможный, его же отец мой Василий кесарь греческий помощью Божиею святым крещением просвети и властители по обычаю своему им устави. Сии славяне, древних лет великое раззорение делаша в земли греческой».

Как воевать со Славянами, Антами и т.п. народами

Племена Славян и Антов ведут одинаковый образ жизни, у них одни нравы, любят свободу и не склонны ни к рабству, ни к повиновению, храбры, в особенности в своей земле, выносливы — легко переносят холод и жару, недостаток в одежде и в пище. К чужестранцам благосклонны, усердно заботятся о них и провожают их из одного места в другое, куда пожелают, здравыми и невредимыми, так что если бы чужестранцу был причинен вред в хижине того, кто должен был о нем заботиться, то на него нападает сосед, вполне уверенный в том, что, мстя за иностранца, совершает благочестивое дело.

Взятые в плен у них не обращаются навсегда в рабство, как у других народов, но состоят в неволе только на определенный срок, а затем им предлагается на выбор: или, заплатив выкуп, вернуться на родину, или оставаться у них свободными в качестве друзей.

У них многочисленные стада скота и много произведений земли, в особенности пшена и проса, которые складываются в кучи. Женщины их целомудренны и очень любят своих мужей, так что в случае смерти последних, они ищут себе утешения в собственной смерти и добровольно убивают сами себя, не будучи в силах переносить одиночества.

Селятся в лесах или около рек, болот и озер — вообще в местах труднодоступных. В своих жилищах устраивают много выходов на всякий случай. Все необходимое прячут в землю и скрывая все лишнее, живут как воры. Сражаться с неприятелем любят в местах труднодоступных, теснинах и вообще в закрытых. Делают частые набеги и нечаянные нападения днем и ночью, употребляют много хитростей различного рода и вообще как бы дразнят неприятеля. Они особенно способны переправляться через реки. Потому что они дольше и лучше, чем остальные люди умеют держаться на воде и часто некоторые из них, испуганные нечаянным вторжением в их владения, ложатся на дно реки навзничь и дышат, держа во рту длинные, нарочно для этого просверленные внутри камыши, концы которых выходят на поверхность воды; и это могут выдерживать долгое время, так что совершенно нельзя догадаться об их присутствии. И не знающие этого при виде качающихся камышей, думают, что они растут в воде.

В начальники никого не выбирают и вечно в ссоре между собой. Строя не знают, не стараются сражаться вместе или выходить на ровную и открытую местность, а если случайно и отважатся идти в бой, то наступают вместе медленно, издавая крик и если неприятель отзовется на него, то живо повертывают назад, а если нет, то прямо обращаются в бегство, не стараясь вовсе дружно померяться с неприятелем.

Впрочем, они стараются занимать леса, очень усиливающие их, так как прекрасно умеют сражаться в закрытых местах; нередко они бросают добычу, как бы от страха и уходят в леса, а затем, внезапно бросаясь оттуда, наносят большой урон тем, кто подойдет к добыче. Они стараются делать это различным образом, выставляя, напр. съестные припасы, на которые и ловится неприятель. Совершенно вероломны и нелегко соглашаются на мирные договоры, так что их покорить можно более страхом (силой), нежели подарками. Так как между ними царят различные мнения, то они или не соглашаются между собой, или же если которые и согласятся, то другие делают им наперекор, потому что они все различного мнения друг о друге, и никто из них не хочет послушаться другого.

Все-таки вторгаться в их земли лучше зимой, когда они не могут хорошо укрыться за обнаженными от листьев деревьями, когда снег затрудняет их бег, дома их плохие, сами они почти голые, да кроме того, и войску легче переходить через замерзшие реки.

Владения Славян и Антов расположены сейчас же по рекам и соприкасаются между собой, так что между ними нет резкой границы. Вследствие того, что они покрыты лесами, или болотами или местами, поросшими камышом, то вообще часто бывает, что предпринимающие экспедиции против них, тотчас же на границе их владений принуждены остановиться, потому что все пространство перед ними непроходимо и покрыто дремучими лесами, в которых легко издали услышать идущих походом, так что нападающие скоро принуждены бывают отступить. Так как юноши их очень искусно владеют оружием, и при удобном случае подкрадываются и внезапно нападают, то неприятель, предпринявший поход против них, не может особенно много вредить им.

Вследствие этого и по труднодоступности страны, их надо разорять частыми набегами.

Завершает свои этнографические заметки Маврикий следующим образом:

Это Мы написали как сумели, почерпнув из своего опыта и из сочинений древних.

Все же прочие правила, которые теперь не встречаются и не описаны в этой книге, легко при вышеозначенной опытности собрать в будущем, сообразно с обстоятельствами, и, насколько можно, приноровить для позднейших поколений. Потому что, как могли бы Мы, или кто-либо другой, описать все, что может когда-либо случиться, чтобы предупредить все?

Не всегда стараются победить неприятеля одним и тем же способом и не всегда употребляют одни и те же правила военного искусства, вследствие чего никто не может нарисовать будущее в определенных чертах. Кроме того, причины войны многочисленны и разнообразны, да и способы ведения ее отличаются один от другого.

Итак, чтобы победить неприятеля, надо усердно просить помощи у Бога, потому что человек по природе хитер и его нелегко покорить. Также при помощи совета многое можно почерпнуть, а также многого избежать.

Эта рекомендация, как нам представляется, представляет главную ценность в назиданиях византийского императора.