RusNext.ru

Вы здесь

Случка на почве русофобии

Случка на почве русофобии  | Продолжение проекта «Русская Весна»

155-ю годовщину польского январского восстания 1863 г. Варшава и Киев отмечали сообща. В Национальном историко-архитектурном музее «Киевская крепость», где когда-то в ожидании суда содержались несколько тысяч повстанцев, в присутствии посла Польши Яна Пекло установили памятную табличку в честь восстания и освежили прежнюю табличку, открытую ещё в 1993 г. президентом Польши Лехом Валенсой.

Затем польские гости, среди которых были и военные люди, прочитали ряд лекций по истории январского восстания и его традиций в современном Войске Польском.

Одновременно в самой Польше этим торжествам обеспечили необходимое информационное сопровождение. Польские журналисты, эксперты и публицисты в один голос говорили об общности исторических судеб всех народов бывшей Речи Посполитой, поляков, литовцев, украинцев и белорусов, у которых-де и общий враг — Россия.

Ведущее польское издание Rzeczpospolita напомнила, что поляки всегда стремились к возрождению своего государства и возвращению порядка вещей, предшествующего изменениям. А порядок этот, напомним, был таков, что современные Украина, Белоруссия и Литва входили в состав Польши без какого-либо права на самостоятельность.

Изменения в этот порядок вещей были внесены Российской Империей, Австрией и Пруссией, положивших конец польскому экспансионизму разделом Речи Посполитой. Всего разделов было три.

В 1772 г. вернули от поляков белорусские земли с городами Полоцк, Витебск и др.; в 1793 г. заставили поляков вернуть украинские земли — современные Житомирскую, Винницкую, Тернопольскую области, но нынешние Львовская, Ровенская и Волынская оставались ещё в составе Польши; в 1795 г. Польшу заставили вернуть земли нынешних Волынской и Ровенской областей, но Львов стал австрийским.

Теперь, провозглашая самостийность Украины продолженной во времени заслугой польского восстания 1863 г., польская дипломатия пытается скрестить восстание с провозглашением УНР в 1918 г. и современной Украины в 1991 г. и возродить, цитирую: «общие традиции прежней державы» (Речи Посполитой).

Традиции эти, если кто запамятовал, заключались в господстве поляков над народами за восточной границей Польши. «Белорусь и Запорожье идут под польское знамя в надежде. Орёл долетит наш до Чёрного моря, и будет всё как прежде… Витебск, Одесса, Киев, Черкассы — это бастионы Европы… Варшава будет центром мира… Польша от моря до моря. И крымский татарин, хоть вере не изменит, но польской попросит опеки…», — так описывает цели польских восстаний т.н. пророчество из Тенгобожа, знаменитая пропагандистская выдумка польских экспансионистов.

В силу текущей геополитической ситуации Польша не может поглотить Украину в стиле а-ля Речь Посполитая. Украину Польша видит в роли буфера между собой и Россией, который будет, как боксёрская груша, принимать на себя все сопутствующие удары, ибо территория Украины будет превращена в плацдарм Запада для нападения на Россию.

«Что произойдёт, … когда российская армия двинется вглубь Украины? Мы этого не знаем, …но лучше иметь вторую и третью линию обороны», — пугал мировую общественность польский премьер Матеуш Моравецкий на экономическом форуме в Давосе.

Заявление вполне в духе «общих традиций прежней державы». Только не было никаких общих традиций у польских захватчиков и населения Малороссии (Украины). Восстание 1863 г. было обыкновенным польско-шляхетским мятежом за Речь Посполитую «от моря до моря».

Малороссийское население враждебно относилось к мятежникам, за что подвергалось издевательствам и унижениям. Специально подготовленные мятежниками группы т.н. «кинжальщиков» и «вешателей» расправлялись с теми, кто не симпатизировал Польше. Первые закалывали «врагов польского народа» ножами, вторые их вешали (отсюда и названия). Убивали даже православных священников.

После разгрома мятежа «кинжальщиков» и «вешателей» отдавали под суд в первую очередь. Вероятно, были они и среди осуждённых, сидевших в Киевской крепости и в чью честь украинские и польские власти установили мемориальную табличку.

Поддакивая Варшаве, киевские политиканы откровенно лукавят. Они не столько оплакивают польских мятежников, сколько надеются, что Польша поддержит их шаткий режим. Желание католической Польши в 1863 г. поглотить и окатоличить Украину превращает Польшу в противника, а не друга. Да и современному Львову, столице украинского национализма, больше нравится быть австрийским. В архитектуре и городской мифологии городские власти предпочитают австрийское имперское наследие польскому и видят оккупанта в Польше, а не в Австрии. Австрия же — одна из участниц раздала Речи Посполитой. Неувязочка выходит.

Украина росла только в периоды нахождения в едином государстве с Россией и уменьшалась в размерах, когда пыталась заигрывать с Западом и жить самостийно. В последнем случае выгодоприобретателем всегда была Польша, которой отходили потерянные Украиной куски территорий.

Польские стратеги этого никогда не скрывали. «Важна взаимная нейтрализация Украины и России», — писал польский геополитик Адольф Бохенский в 1937 г. Его коллега по цеху Влодзимеж Бончковский указывал: Польша должна поддерживать раскол между Украиной и Россией, «чтобы не иметь на востоке дела с 90 млн. великороссов и ещё 40 млн.малороссов, не разделённых между собой и единых национально».

Украина в союзе с Россией — это Украина от Львова до Сахалина, это Россия от Сахалина до Львова. Такой сценарий в Варшаве считают крайне нежелательным.