RusNext.ru

Вы здесь

Две истории

Две истории | Продолжение проекта «Русская Весна»

В какой-то момент в европейском кинематографе стала популярна определённая манера повествования: рассказывать в рамках фильма не одну историю, а несколько — как бы разных и с разными героями, но незримо связанных между собой. «Сука-любовь» Алехандро Гонсалеса Иньярриту, «Четыре комнаты» Тарантино и даже «Два в одном» Киры Муратовой — с последующим развитием этих идей в эпическом «Облачном атласе» Тома Тыквера и братьев (сестёр) Вачовски.

Все они, рассказывая короткие новеллы, оставляют зрителю пространство для сравнения, проведения параллелей и осмысления многообразия и вместе с тем хитрой переплетённости нашей реальности. Давайте и мы поиграем в эту игру — расскажем две истории, одна из которых вам, скорее всего, уже давно и до боли знакома.

Итак, в маленьком английском городке живёт бывший сотрудник советских и российских спецслужб, предатель, который уже отбыл наказание за своё предательство в России, а потом был обменян и тихо доживал свои дни в Великобритании. И даже, по некоторым данным, вполне поддерживал нынешнего президента РФ и его политику. Внезапно бывший агент чем-то травится. Чем-то, что британская сторона идентифицирует как страшное отравляющее вещество, разработанное русскими, капля которого способна убить несколько тысяч человек. Но перебежчик по какой-то причине остаётся жив (хотя уверенно сказать нельзя — его никому не показывают). Никаких прямых доказательств участия в этом всём российской стороны нет, однако весь мир знает, что виноваты русские.

Теперь вторая история, случившаяся буквально на днях. Журналист, бывший главред Al Arabiya News, ныне проживающий в изгнании в США и критикующий правительство Саудовской Аравии, в частности фактического правителя страны принца Мухаммеда бен Сальмана, бесследно исчезает в Стамбуле. Исчезает после того, как заходит в посольство саудитов. Перед тем как зайти туда, он инструктирует свою невесту, что делать, если он не выйдет в течение долгого времени. Собственно, идти в посольство ему нужно именно для того, чтобы окончательно оформить свои отношения с невестой, сделав её законной женой, а для этого получить нужные бумаги.

Никто не видел, чтобы журналист выходил из посольства, хотя его сотрудники и уверяют прессу в обратном. Во всяком случае, ни одного доказательства их словам нет, хотя их можно было бы легко подтвердить, например, записями с камер наблюдения. В день исчезновения в Стамбул из Саудовской Аравии прибыла группа из 15 человек — они заходят в посольство сразу следом за журналистом. На четвёртый день после происшествия в посольство впускают сотрудников Reuters, чтобы они убедились, что их пропавшего коллеги внутри нет.

Власти Турции немедленно делают жуткое, но похожее на правду предположение: журналист был убит и расчленён внутри посольства, а останки вывезены всё теми же 15 неизвестными.

Остановимся и переосмыслим всё это ещё раз. 2018 год. Столица страны — члена НАТО и, по мнению многих, одной из самых европеизированных стран Ближнего Востока. Пропадает человек — журналист, колумнист The Washington Post и других всемирно известных изданий. Скорее всего, он убит (!), возможно, расчленён (!!!) на территории дипломатического представительства другого государства. Государства, к которому США не только не применяют санкций, но даже, наоборот, радостно продают ему оружие на рекордные суммы.

Как вы думаете, какая из этих двух историй занимает больше информационного пространства, больше газетных площадей и телеэфиров: первая, случившаяся семь месяцев назад, или вторая, совсем свежая, прошлой недели? Какая стала более разрушительной для страны, которую обвиняют в происшедшем? Думаю, ответ вы знаете. Это при том, что во второй истории, в отличие от первой, налицо все три компонента преступления — как в учебнике: мотив, средство, возможность.

Джамаль Хашукджи (а так зовут пропавшего журналиста — пока убийство не подтверждено, будем говорить о нём в настоящем времени) не ангел. Помимо диссидентской позиции по отношению к своему правительству, он известен своими антироссийскими взглядами, равно как и поддержкой опального Мухаммеда бен Наифа Аль Сауда, бывшего наследного принца Саудовской Аравии, ушедшего в отставку с министерского поста тогда, когда король Сальман сделал наследником своего сына Мухаммеда бен Сальмана. Что не отменяет факта: исчезновение журналиста, адвоката свободы слова, автора самых что ни на есть «демократических» СМИ, занимает условно западный мир куда меньше, чем очень мутная история недотравленного перебежчика, виновники которой абсолютно неочевидны.

В ответ на недавнее заявление властей Нидерландов об экстрадиции граждан РФ, обвинённых в шпионаже, премьер-министр Великобритании Тереза Мэй заявила, что их действия — это «неуважение к глобальным ценностям и правилам, которые позволяют нам безопасно существовать». Буквально следом за этим суд Великобритании признал существование секретной директивы, позволяющей агентам внутренней разведки MI5 совершать тяжкие преступления на территории страны. Это уже третья история, которая, однако, в лучших традициях независимого кинематографа, сплетается с двумя другими в очень ясный узор. Показывающая, что происходит, когда «глобальные ценности и правила» перестают быть ценностями и правилами, одинаковыми для всех, а становятся инструментом наказания неугодных.