RusNext.ru

Вы здесь

Рост, который мы не замечаем 

Рост, который мы не замечаем  | Продолжение проекта «Русская Весна»

Пожалуй, ничто не раздражает нас сильнее, чем регулярные рапорты правительства об увеличении зарплат. Вот и недавнее исследование «Авито» о географии зарплатного роста в России блогосфера покрыла дружным матом.

Впору вести речь о расщеплении общественного сознания. С одной стороны, статистика с весны 2016 года докладывает о постоянной прибавке заработков. С другой стороны, все вокруг наперебой уверяют, что их доходы упали, и надо немало потрудиться, чтобы найти довольного зарплатой человека. Может быть, Росстат врёт, и рост зарплаты наблюдается только на бумаге?

Однако Росстат без проблем может доказать своё алиби. Прежде всего — цифрами собираемого подоходного налога. Это же не какой-то статистический бюллетень, но бюджетная статья,- а приписывать ДОХОДЫ бюджета не додумался ещё ни один самый хитрый чиновник. Потому что такая хитрость сулит и чиновнику, и региону сплошные убытки — в случае корыстных интересов доходы наоборот занижают, уводят в тень.

Есть и другие, косвенные признаки растущих зарплат: количество продаваемых автомобилей, оформляемых ипотек, растущий сотовый трафик, увеличивающееся число загранпоездок и т. д. Короче, нравится кому-то или нет, Росстат не врёт. Что же, выходит, врут те, кто жалуется на затягивание поясов?

Нет, их недовольство тоже свершено искреннее. Дело в том, что Росстат фиксирует официальную, «белую» зарплату. А люди жалуются на сокращение реальной, которая далеко не всегда попадает в сводки.

То, что значительная часть российской экономки находится в тени — секрет Полишинеля. По вполне достоверным оценкам от 16 до 20 процентов трудоспособных россиян работают «в чёрную», их заработки не фиксируются никем. Примерно половина оставшихся занята в «серой зоне», где вдобавок к легальным зарплатам выдаётся вознаграждение «в конвертах». Именно теневая экономика переживает сейчас настоящий обвал: со своими незримыми локаутами, не подтверждёнными на бумаге увольнениями и жёстким урезанием «конвертируемых окладов».

Причин для депрессии теневого сектора немало. Это и закручивание административных гаек в условиях санкций, и вытеснение наличности электронным оборотом, и повсеместное поражение малого бизнеса в конкуренции с крупным. Некоторая, пока весьма скромная часть теневых зарплат выводится на свет, улучшая таким образом официальную статистику. Другая, гораздо более весомая часть нелегальных расчётов приказала долго жить. Вот эти похудевшие конверты и вызывают ропот сограждан.

За последний месяц мне пришлось проанализировать экономическое положение нескольких десятков среднестатистических россиян. Всё, что написано выше, подтверждается на практике. Только один человек из дюжины заявивших о резком снижении доходов смог подтвердить своё утверждение выпиской из налоговой. Напротив, у 90% из тех, кто предоставил справки 2НДФЛ, официальные доходы с 2017 года увеличились.

Казалось бы, сокращение теневого сектора — явление во всех отношениях положительное. Однако оно сопряжено с высокими социальными рисками. Там, где в наибольшей степени укрываются доходы — малый бизнес, сфера индивидуальных услуг, фриланс — сосредоточена наиболее активная и свободолюбивая часть русского общества (та, которую демограф Владимир Тимаков называет «современным казачеством»). Ущемление их кошельков рождает мощную ответную реакцию. Именно этот тип людей, обладающих ресурсом свободного времени, доминирует в рунете. Именно их настроения стимулируют растущую волну недовольства. Это та бунтарская магма, которая уже зашевелилась под русской почвой — и первые толчки грядущего землетрясения уже ощущаются на политических сейсмометрах.

Хотя публичным лозунгом назревающего взрыва остаётся борьба с коррупцией, его подлинным эпицентром является теневой класс, не желающий уступать свою экономическую нишу ни государству, ни крупному капиталу. Как и в семнадцатом-восемнадцатом веках, покушение на привилегии вольных людей чревато появлением своих болотниковых и булавиных.

А официальный рост зарплат, вполне доподлинный, вряд ли послужит надёжным противоядием против социальных волнений. Накануне 1917 и 1991 годов зарплаты росли ещё быстрее, чем сейчас.